Привычные дни остались далеко позади. Изо дня в день вечером Ангел принимал таблетки, что хранились в старой сахарнице на столе. Как бы Аки не показывал свое недоверчивое отношение к капсулам от неизвестного поставщика, он не мог остановить любимого человека. Да и толком не хотел, ведь после их появления они наконец смогли познать всю палитру красочности отношений и прикосновений.

О как же приятны были моменты, когда он уставший приходил домой после бумажной работы, а на пороге его встречают все такие же неумелые объятия, порой больно сжимавшие позвонки, обвивающиеся вдоль пояса и груди. Однако даже так Аки после склонялся, обнимая демона в ответ, параллельно стараясь закрыть за собой входную дверь.

Или когда они проводили вечер за просмотром фильма или сериала. Ангел мог без опаски прижаться к нему, зарыться в одеяло вместе и с интересом смотреть на экран, пока Аки любовался им, а не тем, что шло по телевизору.

Оба не могли больше представить своей жизни без этих таблеток, входящих в ежедневный рацион и привычку, словно наркотик, без которого они не могут прожить и суток. Потребность в близости так разрослась, что не хотела быть признанной никем из пары. Это открытие медленно и верно паразитировало, распространяясь на корку привычек и рефлексов, поджидая нужного момента, чтобы дать одному из них соскользнуть и упасть без протянутой на помощь руки в бездну разлуки.

• • •

— не думаешь, что эти препараты плохо влияют на тебя? — постукивая ложкой по краям чашечки, задает прямой вопрос Макима, поднимая пронизывающий взгляд на сидящего напротив Ангела, поджидая его ответа.

— в каком смысле? Если Вы про то, что таблетки мешают работе, то я не принимаю их до окончания дня, пока не буду дома. — слегка непонимающе сводит брови демон, прижимая крылья к спине, дабы держаться уверенней. Его явно не просто так вызвали для разговора, к сути которого управляющая как обычно подходила скраю, подкрадываясь словно кошка.

— я о том, что ты перестаешь ощущать границы тактильности. Раньше ты бы смог остановиться, если бы почувствовал страх и захотел за кем-то спрятаться. Мне нужна полная уверенность в том, что твои действия и потребление препаратов не скажутся негативным эффектом и не принесут лишних смертей. Нам ведь не нужны стертые годами люди? — улыбнувшись, делает пару глотков кофе девушка, закидывая одну ногу на вторую, прямо глядя на все больше нервничающего юношу.

— я могу остановить себя и знаю когда это нужно.

— обычными словами не докажешь. Пожалуйста, сократи дозу до одного потребления в неделю. Мне еще нужны полезные охотники. — своеобразное «свободен». Воля Макимы непоколебима, как и ее решение.

Сжав челюсти в немом негодовании, Ангел лишь кивнул, показывая, что понял и приступит к выполнению поручения. Но начнет не сегодня.

И далеко не скоро.

• • •

Конец недели и рабочего времени, на улице уже постепенно темнеет, а солнце исчезает с последними лучами, прячась за зданиями на горизонте и свидетельствуя о скорых сумерках. Совершенно обычный день подошел к своему окончанию.
Выпив стакан воды и проглотив одну капсулу, Ангел устало вздохнул, опираясь руками о стол и опуская веки. Слова Макимы продолжали неприятно стучать внутри, не давая никакого покоя, даже дома. Отойдя в раздумия, тот совершенно не заметил подошедшего сзади Аки, после приобнявшего его со спины.

— у тебя тоже был сложный день, да? — ластится юноша, целуя чужую розовую макушку, мягко улыбаясь.

— увы. Что-то случилось? — примечая учащенное сердцебиение партнера, Ангел изворачивается в объятиях, чтобы видеть лицо человека. Тогда тот замечает непривычный легкий румянец на щеках второго.

— не совсем. Скорее просто… Знаешь, мы с тобой уже в довольно продолжительных отношениях, да… Может ты хочешь провести этот вечер вдвоем?

— то есть как обычно?

— немного… интимнее, скажем так.

Сейчас Аки напоминал скорее влюбленного школьника, что нашел в шкафу у родителей взрослый журнал. Ангел еще не видел его в таком ярком смущении и это не могло не умилять. Потянувшись вверх, тот оставил привычный поцелуй в губы, мягко улыбнувшись своему парню.

— да, конечно.

• • •

— мне кажется в одежде было бы удобнее… — негромко ворчливо раздается голос Ангела, сидящего на их общей кровати уже нагишом с полной готовностью. По телу невольно проходили мурашки от холода и волнения, однако тот старательно их игнорировал, поджидая снимающего рубашку Аки, уже глазами проходя от головы и до ног.

— это можно оставить на потом, если ты хочешь. А так ткани бы мешали и сковывали, особенно рабочие костюмы. Тебе не холодно? — не особо отрываясь от расстегивания пуговиц, интересуется парень, бросая короткий взгляд на своего партнера.

— нет. Давай скорее. — вздыхая, вместо развернутого ответа поторапливает демон.

Наконец, когда уже ничего не мешало движениям, Хаякава подошел ближе к ожидающему юноше, без лишних слов даря ему несколько коротких чмоков в щеки, постепенно переходя на губы. Задержавшись на них, тот наклонился сильнее, укладывая демона на спину, придерживая руками. Внимательно изучая его лицо и эмоции, чтобы не ошибиться, Аки принялся неспеша оглаживать чужое тело, дрожащее в неуверенности. Наверное он впервые ощущает подобное, отчего человек не собирался сегодня начинать с каких-то сложных махинаций. Продолжая углубленный поцелуй, слушая неравномерное дыхание своего любимого, Хаякава особое внимание уделял ребрам юноши. Каждый раз от поглаживаний вдоль выпирающих костей отдавались другой дрожью, а дыхание в поцелуе только больше сбивалось. Невероятно красиво.

Давая легкую передышку Ангелу, тот начал спускаться короткими поцелуями к шее и ключице, изредка умудряясь прикусывать и посасывать, одной рукой спускаясь ниже и ниже. Вторая же потянулась к лежащей рядом смазке. На полупрозрачном тюбике была нарисована ежевика. Довольно необычно, но именно это выбрал демон, так что Аки не видел смысла отказывать ему. Открыв крышку, на пальцы вылилось щедрое количество смазки.

— не стесняйся сказать, если будет больно. — оставляя мягкий невесомый поцелуй в дрожащий кадык демона, просит Аки, прежде чем обвести вокруг стенок и введя первый палец, стараясь сделать это как можно медленнее, — думаю будет проще, если постараешься расслабиться.

Старательно уводя себя от крайне непривычных ощущений, доставляемых вперемешку с приятными поглаживаниями, Ангел прикрыл глаза, слегка сжимая губы. Смазка отдавала холодом, контрастирующим с пальцами партнера. По всему телу расходились волны жара, вынуждая порой вздрагивать после самых простых прикосновений. На вопросы можно ли продолжать юноша каждый раз кивал, когда был уверен в своих силах. И такими темпами вскоре внутри уже было аж три пальца, постепенно начавших двигаться в различных направлениях и задевающих чувствительный комок нервов.

Теперь дело шло быстрее и даже приятнее, тело Ангела порой выгибалось, словно тянулось навстречу доставляемым ощущениям, поддаваясь на все ласки, что вытворял с ним Аки. Под тихие вздохи и редкие приглушенные стоны, человек вынул пальцы, вновь потянувшись за баночкой. Холодное ощущение пустоты вернулось и явно не нравилось ангелочку, однако даже так тот лишь тихо ворчливо бормотал себе под нос и остался терпеливо ждать напарника.

— ты готов, ангелочек? — тихо спросил парень, проводя руками от коленных чашечек до бедер демона, сжимая их и притягивая к себе ближе. Дождавшись уверенного нетерпеливого кивка, тот улыбнулся, вновь примыкая к чужим губам, одновременно начиная входить. Поцелуй заглушил более откровенный стон розоволосого юноши, выгнувшегося дугой и ухватившегося покрепче за плечи своего парня. Дав недолгую передышку, Аки два раза толкнулся глубже, ища угол поудобнее, после начиная равномерно двигаться, настраивая какой-то определенный неспешный темп. Ангел, не в силах сдерживать все чувства и ощущения, уже свободнее простанывал, порой даже пытаясь проговорить чужое имя, однако из горла вылетали только обрывистые слоги с растянутыми гласными. Прижимая к себе крепче тело хрупкого демона, Хаякава уперся локтями о кровать, чтобы им обоим было удобно. Не обращая внимания на слегка ноющую спину, тот продолжал наращивать темп, все чаще выбивая из любимого человека гласные, сплетая пальцы в розовых волосах. Как же был приятен момент близости. Их первый интимный контакт, а у кое-кого вообще самый первый опыт. Аки до дрожи хотел, чтобы Ангелочку было приятно и хорошо вместе с ним, чтобы он запомнил этот вечер как запомнил их первую встречу.

Короткие ногти царапали лопатки и спину партнера, не в силах держать себя в узде как следует. Эмоции, чувства, ощущения, возбуждение брали вверх в настоящий момент. Ангел не хотел, чтобы эти моменты уходили. Хотелось подольше побыть в таких жарких объятиях, собственной кожей ощущая чужой пульс и дрожь в конечностях, чувствовать Аки в себе и ощущать эту странную завязанность внизу живота. Постанывая, он с прикрытыми глазами держался за своего парня. В темноте гораздо четче чувствовался запах, тепло и происходящее с их телами. И это было будоражуще приятно.

— А-аки, я кажется недолго… — дрожащий голос нарушает текущие медом стоны, связываясь в более-менее понятные слова. Однако не успев закончить, чужая рука перехватывает собственный орган у основания, проводя рваными неаккуратными движениями вверх-вниз, подводя таким образом к скорой разрядке. Судорога сковывает тело демона, эякулируя на впалый живот с капельками пота под мягкий вскрик розоволосого. Оргазм вынуждает стенки сжаться плотнее, чем пользуется Хаякава, делая заключительные сбитые толчки, изливаясь внутрь любимого Ангела.

— Боже… — выдыхает Аки, еще недолго задерживаясь и вскоре выходя из еще подрагивающего разгоряченного тела партнера, стараясь вместе с ним восстановить дыхание. Смахивая баночку на пол, тот заваливается рядом, чувствуя как ноют руки, спина и таз с коленями. Но даже в таком состоянии Хаякава без раздумий принимает объятия демона, подползая к нему ближе и целуя в макушку, — спасибо тебе… это было чудесно. Как ты?

— л-лучше некуда… — слегка сипло отзывается Ангел, утыкаясь в чужую шею, начиная приходить в себя. Ноги и руки не переставали дрожать, пока тот обнимал любимого человека, — я приму душ под утро и извиняться за это не буду.

Раздается тихий смешок Аки, потрепавшего напарника по голове.

— как хочешь. Главное не забудь на утро.

— да как забыть, я даже так вижу какие следы ты оставил. Когда ты только успел и на животе распространиться? — с горящими щеками ворчит юноша, встряхнув головой, чтобы волосы легли обратно. Только сейчас тот почувствовал как болят крылья, затекшие после нескольких часов, проведенных на спине, — с тебя завтра массаж.

— тогда с тебя завтрак. Идет? — вместо ответа Аки прочувствовал мягкий поцелуй в шею, — значит договорились.

• • •

На утро Ангел проснулся значительно раньше Аки, уже лежащего на другой половине кровати из правил осторожности, установленных ими еще при первых шагах исследования совместной жизни. Еще сонно улыбаясь уголками губ, тот подползает ближе к парню, обвивая того и заключая в объятия, чувствуя уже привычное наслаждение от обычной близости.

— доброе утро, Аки. — проговаривает он с улыбкой, что постепенно сменилась ужасом на бледном лице.

Он понял, что не остановился во время.