Ничем не примечательный день. Привычная скука и постоянство. Петля недели вновь сворачивается на шее колючей верёвкой, до удушающей боли в лёгких и горле, затягиваясь всё ближе к концу. В голове совершенная пустота, словно на дне колодца, куда не попадают даже солнечные лучи. И что в этой тёмной воде можно нащупать? Ничего. Разве что редкие опавшие листья и ещё некогда живых полёвок-идей или птиц-эмоций.

Их утро началось совместно, почти сразу же после приказа Макимы уничтожить демона в соседнем округе, что успел поглотить пока только домашних питомцев людей, живших поблизости. Миссия не была сложной — они быстро расправились с проблемой и уже начинали обсуждать дальнейшие шаги, когда Ангел вновь задумался, выпадая из реальности.

Аки знал этот взгляд. Знал и то, что за ним обычно следовало. Таблетки, вода, тихие разговоры, осторожность в каждом движении. Он не торопил напарника, терпеливо ожидая, пока тот кивнёт — знак, что можно двигаться дальше.

— Я тут подумал… — как бы невзначай предлагает Аки, с трудом подавляя волнение, — ты не хочешь зайти ко мне после? Можем заказать токояки или чего-нибудь сладкого.

Ангел смотрит на него удивлённо, чуть приоткрытые губы замирают в немом вопросе. В такие моменты Аки всегда забывает, как дышать. Он перестаёт быть хладнокровным охотником на демонов и превращается в человека, слишком остро осознающего собственные чувства.

В квартире тихо. Слишком тихо, если не считать дыхания и осторожных шагов. Разговоры выходят простыми, почти бытовыми, но в них слишком много заботы, чтобы не заметить. Ангел показывает Аки цыплёнка, дрожащего в сложенных лодочкой ладонях, и это почему-то становится важнее любых слов.

— Как ты? — спрашивает Аки, сдерживая желание прижать напарника к себе.

Ответа почти нет — только жест, взгляд и молчаливое согласие остаться.

Вечер проходит медленно. Они делят пространство, тепло и тишину. В этом нет спешки, нет давления — только осторожное сближение, в котором каждое движение выверено и честно.

Напряжение нарастает не сразу. Оно собирается постепенно — в случайных взглядах, в слишком долгих паузах, в том, как Ангел замирает, когда Аки оказывается слишком близко.

И именно здесь история делает вдох.
Всё, что будет дальше, — уже другой шаг.