— Завтра завезут первохода. Должны конвоировать рано утром.

— Базаришь, Кисе? — уточнил Акаши.

— Зуб даю, один надёжный типочек с СИЗО поведал. Новенького звать Кагами Тайга. Дерзкий паренёк, вспыльчивый, спортсменом был. Пару черепушек уже разбил сокамерникам.

— Статья?

— Говорят, 131-я. В любом случае копию его дела мы получим раньше, чем лично с ним познакомимся.

— Услышал тебя. Будет ещё инфа — топай сразу ко мне.

Рëта молча кивнул и ушёл, насвистывая под нос новинки шансона.

Акаши уже и так знал, что на хате будет пополнение, но лишний раз проверял лавочника. Кисе тоже это понимал, и просто принимал правила игры. Сейджуро — пахан в его камере и смотрящей на всей зоне, верхушка тюремной иерархии. Дружба с ним — ценнейший ресурс из возможных.

Рëта же, хоть технически принадлежал к мужикам, по факту был на короткой руки с братками, и с надзирателями. Все новости, слухи, секреты он узнавал первым. Но, главное — обладал серьёзными каналами поставок. Еженедельно в зону проходили целые коробки чая, сигарет и сладостей. Его источник прибыли и чистейшей репутации.

— Кисе, минута есть? — за рукав телогрейки блондина дёрнул внушительных размеров мужчина с фиолетовым отливом на бритой голове.

— Чë такое, Мурасакибара?

— У меня шоколадки закончились.

— Как закончились? — лавочник удивился без всякого притворства. — Я же три килограмма для тебя затянул на той неделе.

— Очень уж вкусные оказались. Сможешь до завтра ещё оформить?

Рета почесал затылок и прикинул, сколько придётся накинуть начальнику тюрьмы за срочность. Его закрытые на нелегальную коммерцию глаза и так влетали в солидную копеечку.

— Лады. Будет тебе ещё пять кило молочного шоколада — ради б-га не сожри его в первый же день. Тока стоить это будет дороже, сам понимаешь. Ну и суетиться ради одной посылки всё равно не комильфо. Поспрашивай у других мужиков, чë кому надо, и вечером расскажешь. Затянем оптом.

— От души, братуха, будь здоров.

— Ага, и тебе не хворать, — Кисе подошёл к кормушке и пару раз постучал ногой — не очень громко и сильно, но с чётким намерением.

На другом конце послышалось шаги.

— Кто опять беснуется?

— Да это я, гражнинначальник. С бугром побазарить надо, выпускай.

Охранник без лишних вопросов открыл дверь и вывел Кисе.

Каким образом Рета выстроил свою торговую империю — никто, кроме Акаши, не знал. Да и знать не хотел, пока была возможность покупать продукты в разы дешевле, чем в тюремной лавке. Устроился он идеально — стоически пройдя первые проверки, заимел место подле братков, а следовательно, безопасность и уважение.

Когда Кисе, довольный, вышел от начальника тюрьмы, его уже поджидал Мидорима — главный среди козлов.

— Салам алейкум, торгаш! Птички напели, что завтра очередной грев придёт.

Блондин смерил его оценивающим взглядом: настоящий громила, под два метра. Не такой высокий, как Мурасакибара, но за счёт доступа к качалке и хорошим продуктам выделялся внушительной мышечной массой. Очень хитрый и проворный мужик, но по воровским меркам — последняя сука, работающая на администрацию.

— Допустим, твои птичку не гонят. Интересует чего?

— Креатина надо банки три. И молока литров десять. Сам понимаешь, спорт — это жизнь.

Кисе хотел сказать, что жизнь — это забить Шинтаро ногами до потери пульса, но сдержался.

— В целом проблемы с этим не будет, — Мидорима в ответ победно улыбнулся, — ценник ты знаешь. Тебе, естесна, по десятипроцентной скидке

— За ценник я и сам могу организовать. А от тебя нужно даром. Иначе на следующем наряде не посмотрю на нашу “дружбу”.

Нахальная ухмылка Рёты послужила ему ответом:

— Не забывай, под кем я хожу, прежде чем так кучеряво базарить. Хочешь бесплатно — помогай услугой. Моим семейным сейчас петушок нужен из соседнего блока — Куроко который. Очень уж соскучились уважаемые люди по женскому теплу. Организуй сегодня вечером гостя, а завтра хоть по вене свой креатин гоняй.

— Дорого стоит Куроко, очень дорого, — нехотя проговорил Шинтаро.

— Спортпит тоже не на деревьях растёт, — коммерс выдержал злобный взгляд собеседника. — Я всё сказал, — он сунул руки в карманы в знак окончания беседы и кивнул стоявшему неподалёку охраннику, мол, веди обратно.

— Ну, сука, мы ещё посмотрим, кто кому по башке настучит, — процедил сквозь зубы Мидорима, когда Рёта удалился в свою камеру.