Аки притянул его за подбородок и впился в губы — влажно, жадно, без остатка. В этот поцелуй он вложил весь свой накопившийся голод. Демон отозвался тихим, задыхающимся звуком.

Рука охотника заскользила вниз. Сначала по щеке, потом по шее, задержавшись на выпирающих ключицах. Кончики пальцев провели по узкой полоске между рёбер. Движение замедлилось, кончики пальцев очертили лонную кость, и наконец коснулись нежной, почти прозрачной кожи. По телу демона прошли мелкие мурашки, а тусклый нимб вспыхнул ярче.

— Ты… — звук сорвался, застряв в горле.

— Скажи «стоп» — и всё прекратится, — тихо, но отчётливо выдохнул Аки.

Демон не сказал ничего. Он лишь посмотрел в его глаза томным, расплавленным взглядом и сам потянулся к его губам, лениво прикусывая нижнюю в немом согласии.

Рука опустилась между телами. Ладонь Аки обхватила разгорячённую, твёрдую плоть демона, сжала её. Большой палец провёл по чувствительной головке, растирая выступившую влагу. Ангел содрогнулся всем телом, ногти впивались в чужую кожу, а таз непроизвольно дёрнулся навстречу.

Хаякава усмехнулся уголком губ и убрал руку. В ответ — жалобный, протестующий всхлип. Мужчина резко потянулся к стоявшей вблизи тумбе, одним движением достал тюбик, щёлкнул крышкой. На пальцы плавно стекла прозрачная вязкая жидкость.

Ангел, сидя у него на бёдрах и тяжело дыша, наблюдал через полуприкрытые веки.

— А ты подготовился, — прошептал он хрипло, и в голосе скользнула знакомая усталая ирония.

— Не глупи, — отрезал Аки, не глядя.

— Разве это глупость? — демон приподнялся и наклонился ближе, его волосы упали на лицо Аки шёлковой завесой.

— Да, — низко проговорил охотник, возвращая ладонь к его телу. — А теперь помолчи.

Пальцы Аки нащупали плотное и упругое кольцо мышц. Парень затаил дыхание, и его тело на мгновение стало чужим — напряжённым, как струна. Затем воздух с силой вырвался из его лёгких, и глаза распахнулись, полные немого шока.

Аки замер, позволяя тому привыкнуть. Он видел, как вздрагивает кадык и длинные ресницы. Кожа была горячей, бархатистая плоть судорожно сжалась вокруг, а затем нехотя начала поддаваться.

— Выдохни, — его голос был низким, но твёрдым. — Я не наврежу тебе.

Он толкнулся вглубь. Медленно, преодолевая жгучее сопротивление. Демон снова жалостно всхлипнул. Его тело двигалось навстречу, насаживаясь глубже. Требуя большего.

Непроизвольное движение задело Аки, выбив из него прерывистый, сдавленный вздох. Не теряя ритма, охотник скользнул внутрь вторым пальцем, раздвигая тесные, влажные складки.

Ангел вскрикнул — коротко и резко. Его тело выгнулось, а крылья с силой расправились, ударили о диван и замерли.

— Больно? — встревоженно выдохнул Аки.

— Нет… — Ангел дышал рвано, словно из лёгких выбили остатки воздуха. — Непривычно. Продолжай, просто… продолжай.

Аки повиновался. Медленно, методично, не сводя с него глаз. Он наблюдал, как шок в глазах сменился тягучим удовольствием. Дыхание демона стало глубже, превратилось в протяжный, влажный звук.

Пальцы, двигаясь внутри, нащупали небольшое, твёрдое уплотнение. Аки надавил на него подушечками. Демон вздрогнул, будто от удара током. Его руки с новой силой вцепились в плечи возлюбленного, заставив того зашипеть от давящей боли.

— Вот… — голос Ангела сорвался, он хватал ртом воздух. — Вот здесь… это странно. Слишком…

Аки повторил движение — снова и снова. Хаякава почувствовал, как Ангел наконец полностью расслабился, оказавшись на самой грани. И глядя на его запрокинутую голову, полуоткрытые губы, охотник почувствовал, как последние нити его собственного самообладания натягиваются до предела.

Остатками смазки Аки покрыл собственный член — твёрдый, тяжёлый, пульсирующий. Он сжал его в кулаке на мгновение, стараясь обуздать непрерывно нарастающее возбуждение.

Его ладони с лёгким нажимом обвели изгибы тела демона. Затем он мягко приподнял его за ягодицы и с глубоким, собранным вдохом плавно двинулся вперёд, соединяя их тела.

— Посмотри на меня, — сказал Аки, притягивая его ближе.

Он лишь кивнул, не в силах вымолвить ни слова. Его глаза, покрасневшие от слёз, смотрели на Аки с безудержным желанием. Ни тени страха.