Во второй раз спать вместе оказывается легче.

Не потому, что стало теплее — обогреватель по-прежнему мёртв, трубы по-прежнему угрожающе молчат, а окна всё так же пропускают холод, — а потому что молчание между ними больше не такое хрупкое.

Аки разувается, снимает пальто и аккуратно складывает его на стул. Ангел уже сидит на кровати, скрестив ноги, его крылья сложены плотнее обычного, будто он сознательно занимает меньше места.

— Ты можешь лечь ближе, — говорит Аки, не глядя. — Я не… не сломаюсь.

Ангел смотрит на него долго, оценивающе, будто взвешивает, сколько именно человеческого в этом утверждении.

— Ты уже сломан, — отвечает он спокойно.

Аки хмыкает.

— Значит, хуже не станет.

Это, кажется, срабатывает.

Ангел сдвигается ближе, осторожно, как будто каждое движение — это компромисс с чем-то невидимым. Его плечо касается плеча Аки, тепло медленно расползается под слоями ткани.

— Ты всегда так спишь? — спрашивает Ангел.

— Как?

— Будто ждёшь, что что-то случится.

Аки ложится на спину и смотрит в потолок.

— Привычка.

— Люди странные, — говорит Ангел, устраиваясь рядом. — Вы знаете, что боль неизбежна, но всё равно ищете способы сделать её… управляемой.

— А демоны? — спрашивает Аки.

— Мы просто принимаем её, — пожимает плечами Ангел. — Или игнорируем.

— Это звучит хуже.

— Зато честнее.

Они молчат. За окном проезжает машина, свет фар снова разрезает комнату, на мгновение делая всё слишком реальным.

Аки поворачивает голову.

Ангел смотрит на него. Не прямо — скорее сквозь, будто видит что-то под кожей.

— Ты боишься умереть? — спрашивает он неожиданно.

Аки моргает.

— Нет.

— Это было слишком быстро.

— Потому что это правда.

Ангел медленно кивает.

— Тогда ты боишься жить.

Это задевает сильнее.

— А ты? — Аки поворачивается к нему всем телом. — Ты боишься?

Ангел задумывается. Его крылья чуть шевелятся под одеялом.

— Я боюсь… причинять вред, — говорит он наконец. — Даже когда это не имеет значения.

— Имеет, — говорит Аки сразу.

— Для людей.

— Для меня.

Ангел смотрит на него дольше обычного.

— Ты слишком легко раздаёшь такие вещи.

— Что именно?

— Значимость.

Аки усмехается.

— Сказал демон, который бережёт людей сильнее, чем многие из них сами.

Ангел тихо смеётся. Звук почти теряется в одеялах.

Он придвигается ближе. На этот раз — без колебаний.

И когда его крыло слегка накрывает бок Аки, тот не отстраняется.

Некоторые части ночи всё ещё принадлежат темноте.
Но некоторые — уже нет.