Сотрудник приветствует его, когда он входит в магазин, и Шота не упускает, как его взгляд задерживается на нём слишком долго. Ну, по крайней мере, он всё же смог зайти, даже если чувство, что кто-то смотрит на него, заставляет кожу покрываться неприятными мурашками. Ему всегда странно, когда кто-то, кроме Хизаши, смотрит на него так.

Он отвлекается на полку высокотехнологичных вибраторов, подбирает и задаётся вопросом, подойдёт ли он Хизаши. На протяжении многих лет они оба приобрели довольно много игрушек и вибраторов, и Шота всегда любил наблюдать за уникальными реакциями, которые демонстрировал Хизаши.

Эта конкретная игрушка имеет семь различных режимов вибрации и регулируемых скоростей, и Шота знает, что он определённо не будет торопиться, проверяя каждый из них на Хизаши. Однако Шота ставит его обратно на стол и идёт проверять другие продукты магазина. В конце концов, он должен знать все свои возможности.

Однако он возвращается к этому вибратору, прихватив с собой наручники. Он всегда любил наблюдать, как извивается Хизаши.

— Кто-то сегодня повеселится, — говорит кассир, пробивая покупки Айзавы и кокетливо смотря на него.

Шота нахмурился.

— Да, мой муж, — коротко отвечает он, наблюдая, как краснеет парень напротив.

К счастью, кассир не делает более неприятных комментариев, и Айзава уходит со своей покупкой, спрятанной в специальной сумке. Может быть, в следующий раз он должен взять с собой Хизаши, хотя это может закончиться тем, что вместо этого кто-то окажет ему знаки внимания. Заказ онлайн — это, вероятно, более безопасный выход.

Когда Шота наконец возвращается домой, он находит спящего на диване Хизаши, стопку полупроверенных эссе на журнальном столике и их кошку, Джелли, свернувшуюся рядом с ним. Шота ловит себя на маленькой улыбке и наклоняется, чтобы мягко поцеловать в лоб Хизаши.

Затем он прячет свои покупки в задней части шкафа.

За день до их юбилея Шота действительно чувствует себя хорошо во всех смыслах. Перчатки были обёрнуты красивой подарочной бумагой, он выбрал одежду, которую будет носить и которая, он знает, нравится Хизаши, и ему наконец удалось сделать сносный бульон для рамена.

К сожалению, когда он приходит домой после своего заключительного урока кулинарии в тот вечер, первое, что говорит ему Хизаши, это:

— Нам нужно поговорить.

Эти слова мгновенно вводят Шоту в панику. В последний раз Хизаши сказал «Нам нужно поговорить» после того, как Шота получил тяжёлые ранения, обезвредив злодея, убившего девять мирных жителей. Хизаши был зол, что он не жалеет себя, а Шота обвинил Ямаду в том, что тот не верил, что он мог справиться со своей работой героя. В конце концов им потребовалась неделя, чтобы извиниться и действительно простить друг друга.

Итак, Айзава не слишком любит эту фразу.

— Хорошо, — говорит он, ставя сумку в коридоре, не в силах полностью избавиться от настороженности.

— Может быть, нам нужно сесть, — отвечает Хизаши, садясь на диван.

Шота убирает ботинки и садится напротив, задаваясь вопросом, собирается ли Хизаши сказать ему, что он болен неизлечимой болезнью или что похуже.

Мгновение они оба молчат.

Затем Хизаши берёт руку Шоты, смотрит ему в глаза и говорит:

— Ты же знаешь, что я люблю тебя, верно? Больше всего на свете.

— Конечно, я знаю, — отвечает Шота, сжимая его руку. — Я тоже тебя люблю.

Сложное выражение проходит по лицу Ямады, и на мгновение Шоте кажется, что он действительно видит сомнение в его глазах.

— Значит, ты также знаешь, что я бы сделал всё, чтобы ты остался со мной, — продолжает Хизаши. — И если я что-то делаю неправильно, я клянусь, я постараюсь изо всех сил исправить всё, что угодно. Если я не удовлетворяю тебя эмоционально или… или сексуально, я…

— Хизаши, — прерывает Шота. — Я не понимаю, что ты…

— Я всё знаю, хорошо? Я не идиот, — говорит Хизаши. — Я знаю, что ты нашёл кого-то другого.

Айзава смотрит на него и задаётся вопросом, нужно ли ему проверить слух.

— Сначала я подумал, что это просто странно, что ты вдруг приложил больше усилий к своей внешности… Но потом ты начал «зависать с Немури», и… — Хизаши на мгновение прерывается. — Я также нашёл вибратор в шкафу, который, я знаю, мы никогда не использовали вместе…

— Хизаши… — начинает Шота, но Ямада продолжает:

— Я не злюсь… мне больно, но в основном я просто хочу, чтобы ты знал, что я люблю тебя больше всего на свете. Мы можем попробовать консультации по отношениям, или…

— Хизаши, — Шота говорит с нажимом.

— Я даже сокращу своё радиошоу…

— Хизаши, — повторяет Шота. — Я не изменяю тебе.

— Ты… не изменяешь? — удивлённо моргает Хизаши.

— Я не был ни с кем другим в сексуальном или романтичном плане.

— Тогда почему? — Хизаши указывает на гладко выбритое лицо и собранные волосы.

— Я нашёл приглашение на торжественное мероприятие… Там говорилось, что ты можешь привести пару, и ты никогда не спрашивал меня. Я просто… мне было интересно, делаю ли я достаточно для тебя.

— Стыдиться тебя? — Хизаши вскакивает. — Шота, детка, я не спрашивал тебя, потому что знаю, как ты ненавидишь подобные вечеринки. Я не хотел давить на тебя.

— О, — неловко отвечает Шота.

— Да, «о», — фыркает Хизаши, касаясь его щеки. — Если бы я был таким чувствительным, я бы не вышел за мужчину, который спит в общественных местах в ярко-жёлтом спальном мешке.

Шота признаёт, что в этом есть смысл.

— Завтра наша годовщина, — говорит он.

— Серьёзно? — Хизаши считает в уме. — Чёрт… прости.

— Это должно было быть сюрпризом, — прерывает Шота. — Lunch-Rush научил меня делать рамен. И у меня есть подарок.

— Я… идиот, — выдыхает Хизаши.

— Может быть, немного, — отвечает Шота, притягивая его ближе. — Но мне стоило поговорить с тобой раньше.

Хизаши целует его — мягко, затем глубже.

— Я скучаю по твоей щетине, — бормочет он.

— Правда?

— И одежда хороша, но я немного ревную, что все остальные видят тебя так.

— Тебе ни к чему ревновать, — фыркает Шота. — Ты тот, за кого я вышел замуж.

— Итак, — улыбается Хизаши, — можем ли мы попробовать этот вибратор сейчас?

— Завтра, — отвечает Шота. — Ты должен удивиться, когда придёшь домой и найдёшь меня за приготовлением обеда.

Когда Хизаши приходит домой на следующий день, Шота готовит ужин — с привычной щетиной, в тренировочных брюках Хизаши и старой футболке.

Хизаши всё ещё утверждает, что это их лучший юбилей.

Comments