Глава 1

Изуку восхищённо таращится на светлые волосы, которые наконец-то может потрогать руками.

— Мягкие, — его детский тонкий голосок дрожит от волнения. — Они такие мягкие, Кац-чан!

Бакуго лишь хмыкает, смотря на него как-то величественно и самодовольно. Кацуки, шестнадцатилетний Кацуки, несмотря на свой взрывной характер и резкую манеру разговора, всегда терпелив и сдержан по отношению к Мидории.

— А ты как думал, Деку? — ухмыляется блондин и взъерошивает копну вьющихся и нежнейших кудряшек на голове пятилетнего соседского мальчишки.

Изуку лишь шире открывает рот, во все глаза смотря на Бакуго, и восторженно хлопает в ладони. Он более чем счастлив. Когда Кац-чан так делает, то внутри Мидории взрываются маленькие фейерверки.

Изуку знает о своём соседе только то, что Бакуго позволяет ему знать. Ему ничего неизвестно о кровавых драках, временных подружках и той взрослой жизни, в которую вступал Кацуки.

Для Изуку Кац-чан — герой, полный справедливости, тепла и уверенности.

В глазах пятилетнего Изуку он идеален. И Мидория хочет стать таким же.

Их матери дружат со школы, поэтому Кац-чан чуть ли не с самого рождения рядом.

— Ты потрясающий, Кац-чан! — восхваляет его довольный Мидория.

Ему только пять и Кацуки в его глазах не просто старший брат, он самый восхитительный и надёжный человек на свете.

Тогда, даже будучи шестнадцатилетним угрюмым подростком, он дарил Деку свои короткие, но искренние улыбки. Тогда Кацуки был ещё Кац-чаном!

Мидория устало выдыхает, переворачиваясь набок. Почему-то так невовремя вспомнился Бакуго. Ему и самому теперь шестнадцать, а Кац-чан из его детства уже окончил институт и работал в другом городе. Изуку видел его в последний раз пять лет назад, но даже этой короткой встречи хватило, чтобы понять, что Бакуго больше не Кац-чан. Это был совершенно чужой и незнакомый ему человек.

Но почему-то сейчас Изуку вспомнил о нём. Почему? Не потому ли, что сегодня он приезжает домой со своей невестой? Надо же… Кац-чан женится.

И тут мысли Мидории перенесли его к Урараке, его однокласснице и просто симпатичной девчонке. Очако — первая девочка, которая так свободно и легко с ним общается. А ещё… она позвала его на свидание.

Свидание…

Одно это слово напрягало Изуку, заставляя внутри что-то сворачиваться. Почему мысль о свидании с Ураракой не была столь радостной? Она ведь ему нравится, правда нравится, но…

— Они такие мягкие, Кац-чан!

Мидория качает головой, пытаясь отогнать наваждение. Почему он думает о Бакуго? Ему же сейчас двадцать семь, у него есть невеста, он взрослый и… совсем чужой.

Но Изуку помнит Кацуки из своего детства, того школьника, который иногда сидел с ним, когда мама уходила в магазин, поддавался в видеоиграх и учил, как постоять за себя. Был заботливым и… улыбчивым. А Очако? Что же с ней не так? Она тёплая, душевная, милая, такая заботливая и открытая…

Так почему же он замешкался и не смог выдавить из себя правильного ответа, до тех пор, пока её ожидание не превратилось во что-то мучительно-томительное и она сама, словно прося отсрочки, попросила подумать его об этом на выходных? Всё же, она не встречаться ему предложила...

— Они такие мягкие...

Изуку устало трёт лицо ладонями, вновь откидываясь на спину и смотря пустым взглядом в потолок. Всё утро из его головы не шли Бакуго и Урарака. Почему именно они? Ладно, он был озадачен приглашением Очако на свидание.

Это было неожиданным. Он не думал, что со своей внешностью и неуверенным характером может нравиться девочкам. Что вообще может кому-то нравиться.

Но почему образ Кацуки в голове был таким ярким? Потому что он сегодня приезжает, разве нет?

И как Изуку теперь к нему обращаться? Между ними десять лет разницы и просто огромная пропасть с его отъезда.

Изуку чувствует себя глупо, вспоминая, как поначалу, когда Кац-чан уехал, он писал ему длинные сообщения, со временем получая короткие ответы, которые довольно быстро сошли на нет. Слать сообщения в никуда Мидория не хотел. Но резкое осознание того, что он лишился Кац-чана, было слишком болезненным. Но Изуку пережил это.

Думал, что пережил.

— Они такие...

Мидория резко жмурится, сжимая волосы в руках. Сердцебиение учащается.

Как же глупо, глупо, глупо…

Он обшарил все страницы в социальных сетях у Бакуго, пересмотрел все его профили и фотки, но на них Кацуки был один, либо с друзьями, он нигде не указывал ни имени своей девушки, ни вообще намёка о её существовании не было. Как она выглядит? Кто она? Почему Мидория так обеспокоен какой-то девушкой, которую он не знает? Ведь Урарака позвала его на свидание, а у него не хватило духа ни согласиться, ни отказаться.

В какой момент своей жизни он оказался таким трусом? Или он всегда таким был?

Бесполезный...

— В этом весь ты, Деку!

Мидория кривит губы, словно съел лимон. Обычное прозвище, но в какой момент оно сменило своё значение? Изначально-подбадривающая версия, мол, ты можешь это, и уничижительно-презрительная — какой же ты неудачник…

Кац-чан так резко перестал быть Кац-чаном. И как же к нему всё-таки обращаться?

— Изуку, спускайся вниз, мы идём в гости к Бакуго, ты ведь не забыл, что Кацуки сегодня приезжает? — кричит мама с первого этажа.

Мидория резким движением затыкает уши, с силой надавливая, выдыхая хрипло через стиснутые зубы.

Ка-цу-ки?

Называть просто по имени и никак больше?

Или лучше — Бакуго-сан? Пусть почувствует себя стариком…

Семпай? Не слишком ли это будет походить на привязанность?

Внутри всё сворачивается.

Урарака позвала его на свидание. Нужно было согласиться и тогда у него была бы отмазка, чтобы не видеться с мистером я-не-знаю-как-тебя-теперь-называть-и-кто-ты-теперь-для-меня.

Он был бы с Очако, с симпатичной девчонкой, и они бы весело проводили вместе время. Возможно, он впервые бы поцеловался и, если бы осмелился, предложил Урараке встречаться.

Но он замешкался, потому что собирался отказаться, потому что воспоминание о чьих-то мягких волосах, раскалённой иглой вонзившееся в его напряжённый мозг, чуть ли не подтолкнуло его к роковой ошибке. А хотел ли он встречаться с Ураракой? Она милая и хорошая. И если брать во внимание всех девушек, что он знает, то однозначно, что Очако была бы единственной, с кем он бы пошёл на свидание.

Но дурацкий Кац-чан, его призрак в голове Изуку, помешал ему.

Нужно было отрывать свой зад от кровати и тащиться вниз, где его ждала мама, одетая торжественно.

---