Зима (Вступление, G)

Арктические льды префектуры Аомори растянулись от порта, расположенного на берегах залива Муцу, до высоких гор на границе с Акитой, покрытых хвойными и смешанными лесами.

В городе с одноименным названием зима влажная, но умеренно теплая, с большим количеством осадков. Толщина снежного покрова здесь достигала 669 см. Расположенный на севере острова Хонсю, этот город по праву считался самым снежным городом в мире.

Здесь и начинается их путь.

Бескрайние ледяные долины простирались на ближайшие несколько километров — до расположенного у подножья гор объекта по переработке ядерного топлива, проникновение на который и было их целью.

Двенадцатый насвистывает себе под нос какую-то незатейливую песенку и уверенно управляет вилочным погрузчиком — так, словно провел за рулем всю свою жизнь.

В это время Девятый достает из кармана баллончик с краской и выводит на заасфальтированном покрытии буквы, которые положат начало истории.

«Von» — «надежда» на исландском.

Исландия — страна льдов. Если о какой надежде и шла речь — так это о надежде как можно скорее покинуть этот холодный, славящийся своими сильными ветрами, остров.

Однако Девятого не интересует ни экономическая составляющая, ни политическая подоплека: очарованный музыкой «холодных земель», что каждый день теперь звучит в наушниках, он хочет насладиться лишь белыми ночами, наблюдать за которыми можно на протяжении всего лета, и нерушимым первозданным спокойствием местной природы.

Но все это — после того, как вдвоем они устроят серию крупномасштабных терактов и нарушат безмятежную тихую жизнь Японии, в пух и прах разрушив ее мирные дни.

Все ради капли внимания? Нет. Исключительно ради того, чтобы показать, как слаба их система защиты; что в любой момент может появиться кто-то, кто нарушит все планы и станет своеобразным «ангелом смерти».

Уже когда, взорвав дымовую гранату, они покидают пределы объекта, Девятый, крепко держась за сходящегося с ума от радости напарника, думает о том, что ему бы не хотелось, чтобы с лица Двенадцатого пропадала эта улыбка. Больше всего на свете он хочет защитить ее и право на счастливую жизнь этого парня.

Права на счастливую жизнь не было у них изначально.

Сомнения уходят в сторону — как и любые намеки на чувства по отношению к Двенадцатому. Они просто связаны общей целью — не больше.

Двенадцатый смеется, жестом обозначая, что приготовления завершены — теперь дело за малым.

Ночью Девятый смотрит на звездное небо и осознает, что для вселенной они незначительны — как падающие и всеми забытые кометы, которые когда-то были звездами и ярко светили в небесах.

…Запомнят их только в том случае, если, падая, они оставят после себя катастрофические разрушения, последствия которых в виде кратеров еще много столетий будут напоминать о произошедшей трагедии.

Ночью он смотрит на звезды, а уже утром в Японии прогремит первый взрыв.